Пиранези Джованни Баттиста Джованни Батиста Пиранези для классического музея — примерно как Марадона для футбола. Живьем видел не каждый, зато слышали все. Пиранези (1720–1788) оставил после себя сотни гравюр. Он творил не покладая рук, зачастую в ущерб собственному имиджу: обилие работ, даже хороших, скорее давит на цены, чем их отпускает. Но Пиранези не думал о выгоде, когда из родной Венеции поехал в Рим. Дома он влюбился в римлянку, которая понарассказывала ему о вечном городе такого, что у юного венецианца голова пошла кругом. Экспозиция «Дворцы, руины и темницы. Джованни Батиста Пиранези и итальянские архитектурные фантазии XVIII века» представляет около 100 рисунков и гравюр из собрания самого Эрмитажа. Двенадцатиколонный зал, где они выставлены, — хорошее обрамление для архитектурных офортов. Своими фантастическими архитектурными видениями с их несбыточными городскими видами, странными темницами и провисающими в пустоте лестницами Пиранези соединял прошлое и будущее, миф и утопию, а заодно высокую культуру и масскульт. Разрушающийся Рим, увиденный глазами Пиранези, — город, который мы уже никогда не застанем. Он и связывает культуры, и напоминает о беге времени, и предвосхищает влюбленность в самого Пиранези модернистов всех мастей, от Бодлера до Павла Муратова. Не только скорбные взгляды и трагические позы отдельных персонажей, но и пейзажи призваны отразить состояния печалящейся души — задумчивое и для кого-то даже унылое. Этим состоянием могут быть отмечены и лесные посиделки у Ватто, и архитектурные офорты Пиранези. Став патриотом Рима, Пиранези не побоялся вступить в дискуссию с молодой наукой археологией. Ей отводилась роль решающего аргумента в основном споре XVIII века — какая цивилизация возвышеннее, а потому и важнее для современной культуры, греческая или римская. Долгое время лидировали римляне, но собственная красота их в итоге и победила. После раскопок Помпей и Геркуланума стало очевидно, как повлияла греческая цивилизация на римскую. Не случайно один из последних трудов Пиранези-теоретика был посвящен храмам Пестума. Что до Пиранези-художника, то от точных портретов Рима он быстро перешел к фантазиям на архитектурно-исторические темы, благо и сам был архитектор, всю жизнь, впрочем, остававшийся без работы. В его активе числится лишь один осуществленный проект, да и то не вполне оригинальный — перестроенная церковь. Пиранези выглядит типичным представителем «бумажной архитектуры». В гравюрах он поначалу без устали обогащал реальность постоянными ее сдвигами, а затем и вовсе перешел к созданию новой реальности. Так он вступил в пространство воображаемой ведуты — модного в XVIII столетии жанра, в котором работало множество художников, от членов семейства Галли Бибиена и Джузеппе Валериани до Пьетро Гонзага и Джузеппе Барберри. Их работы также показаны в Эрмитаже — чтобы создать контекст, а заодно (быть может, так получилось случайно) и оттенить мастерство самого Пиранези. Неясно, в какой степени его гравюрами можно было бы иллюстрировать поэтические тексты, пусть и выдающиеся. Гравюры Пиранези — сами по себе поэзия, местами мрачная, местами воздушная, но всегда запоминающаяся. Об этом свидетельствуют и миф, и выставка, и каталог к ней, один из лучших среди эрмитажных публикаций последнего времени. Читайте далее: http://izvestia.ru/news/518084#ixzz2DtsZYRIV Джованни Баттиста Пиронези родился в семье каменотёса. Обучился основам латыни и классической литературы у своего старшего брата Анджело. Основы архитектуры постигал, работая в магистрате Венеции под руководством своего дяди. Как художник, испытал значительное влияние искусства ведутистов, весьма популярного в середине XVIII века в Венеции. В 1740 поехал в Рим в качестве рисовальщика-графика в составе посольской делегации Марко Фоскарини. В Риме увлеченно исследовал древнюю архитектуру. Попутно обучился в мастерской Джузеппе Вази искусству гравюры на металле. В 1743—1747 жил по большей части в Венеции, где в числе прочего работал вместе с Джованни Баттиста Тьеполо. В 1743 опубликовал в Риме свою первую серию гравюр под названием «Первая часть архитектурных набросков и перспектив, придуманных и награвированных Джованни Баттиста Пиранези, венецианским архитектором». В ней можно увидеть основные признаки его стиля — желание и уменье изображать монументальные и трудно постигаемые глазом архитектурные композиции и пространства. Некоторые листы этой небольшой серии сходны с гравюрами самой знаменитой серии Пиранези «Фантастические изображения тюрем». В последующие 25 лет, до своей смерти, жил в Риме; создал огромное количество гравюр-офортов, изображающих в основном архитектурные и археологические находки, связанные с древним Римом, и виды знаменитых мест того Рима, который окружал художника. Производительность Пиранези, как и его мастерство, непостижимы. Он задумывает и выполняет многотомное издание офортов под общим названием «Римские древности», содержащее изображения архитектурных памятников древнего Рима, капителей колонн древних зданий, скульптурных фрагментов, саркофагов, каменных ваз, канделябров, плит для мощения дорог, надгробных надписей, планов зданий и городских ансамблей. В течение всей своей жизни работал над серией гравюр «Виды Рима» (Vedute di Roma). Это очень большие листы (в среднем около 40 см в высоту и 60-70 см в ширину), которые сохранили для нас облик Рима в XVIII веке. Восхищение древней цивилизацией Рима и понимание неизбежности её гибели, когда на месте величественных зданий современные люди заняты своими скромными повседневными делами, — вот основной мотив этих гравюр. В классическом мире его [Пиранези] не столько привлекало величие созидания, сколько величие разрушения. Его воображение было поражено не так делами рук человеческих, как прикосновением к ним руки времени. В зрелище Рима он видел только трагическую сторону вещей, и поэтому его Рим вышел даже более грандиозным, чем он был когда-либо в действительности. — П. Муратов. Образы Италии. Особое место в творчестве Пиранези занимает серия гравюр «Фантастические изображения тюрем», более известная как просто «Тюрьмы». Эти архитектурные фантазии были впервые изданы в 1749 г. Через десять лет Пиранези вернулся к этой работе и создал на тех же медных досках практически новые произведения. «Тюрьмы» — это мрачные и пугающие своими размерами и отсутствием постижимой логики архитектурные построения, где пространства загадочны, как непонятно предназначение этих лестниц, мостиков, переходов, блоков и цепей. Мощь каменных конструкций подавляет. Создавая второй вариант «Тюрем», художник драматизировал первоначальные композиции: углубил тени, добавил множество деталей и человеческих фигур — то ли тюремщиков, то ли узников, привязанных к пыточным приспособлениям. Последние десятилетия известность и слава Пиранези растёт с каждым годом. Издаются всё новые книги о нём и лучшие музеи мира устраивают выставки его работ. Пиранези, вероятно, самый знаменитый художник, который приобрёл такую известность лишь графикой, в отличие от других великих гравёров, которые были, кроме того, великими живописцами (Дюрер, Рембрандт, Гойя). Интерес к античному миру проявился в занятиях археологией. За год до смерти Пиранези исследовал древнегреческие храмы в Пестуме, тогда почти неизвестные, и создал прекрасную серию больших гравюр, посвящённых этому ансамблю. В сфере практической архитектуры деятельность Пиранези была весьма скромной, хотя сам он никогда не забывал на титульных листах своих гравюрных сюит прибавить вслед за своим именем слова «венецианский архитектор». Но в XVIII веке эпоха монументального строительства в Риме уже закончилась. В 1763 г. папа Климент XIII поручил Пиранези постройку хоров в церкви Сан-Джованни в Латерано. Главной работой Пиранези в области реальной, «каменной» архитектуры стала перестройка церкви Санта Мария Авентина (1764—1765). Умер после долгой болезни; похоронен в церкви Санта-Мария дель Приорато. После смерти художника его семья переехала в Париж, где в их гравюрной лавке продавались среди прочего и работы Джованни Баттиста Пиранези. В Париж были перевезены и гравированные медные доски. Впоследствии, сменив нескольких владельцев, они были приобретены Папой Римским и в настоящее время находятся в Риме, в государственной Калькографии. [править]

Все картины художника Пиранези Джованни Баттиста в коллекции галереи

Возврат к списку